tasmania_gal (tasmania_gal) wrote,
tasmania_gal
tasmania_gal

Монголия 2015-06-08



Давным-давно жили большие-пребольшие люди-великаны. Жили они долго и очень устали. И тогда они встали близко-близко друг к другу, заснули и превратились в горы Хан Богт.




К горам вела тропинка через другие горы и ущелье.






Про ущелье ходила легенда, что в нем нашла свою быструю, но мучительную смерть от песчаной бури богатая пожилая итальянка, бывшая замужем за красивым молодым итальянцем. Тело нашли через несколько дней, итальянцу учинили допрос с пристрастием. Получил ли он наследство – остается только домысливать.







Встали лагерем на плато марсианского происхождения. Камни, лишайники, перекати поле. Ночью пошел дождь, развешанное накануне белье было насильно прополощено и было принуждено к сушке на занавесочных веревках окна уазика.









Другие стесняются развешивать белье. Спрашивают, будет ли прилично повесить выстиранные трусы на обвязке юрты. Десять лет назад я тоже спрашивала. Теперь я могу стирать и сушить, где угодно и что угодно. Могу переодеваться при незнакомых. И в туалет могу ходить не за сопку, а за ближайший низкорослый кустик – и то только чтобы не смущать других.



По дороге к петроглифам заехали в монастырь Дэмчигийн Хийд.



Верующие буддисты считают, что он является одной из вершин треугольника, образующего энергетический центр мира. На верхушке каменной сопки была пришпилена металлическая кнопка сантиметром в диаметре. На нее нужно было сесть, чтобы получить заряд энергии. Местные легенды рассказывали про излечение неизлечимых больных и скорую беременность бесплодных женщин. Мама девятилетнего сына посмотрела на кнопку и сказала, что еще подумать надо, садиться на нее или нет.



Пишу про Монголию, так и хочется описывать ее «про Дашку». «Монголия. Перезагрузка». Или «Сага про Дашку 2». Событий много: и тебе пейзажи, и тебе групповая динамика, и личностные особенности членов нашей туристической группы. И даже половозрастные сексуальные страсти начинают закипать – пока не перегорят, не встретив отклика.

Но Слава заставил забраться к той кнопке, улыбаться и махать, а потом еще и руки поднять навстречу солнцу. Десять лет назад к западу от Улан-Батора я в солнечного цвета дождевике пряталась от сильного монгольского ветра. Слава кричал: «Сними немедленно, еще подумают, что у меня туристы мерзнут на маршруте». Лучше на раз-два руки к небу, чем на три-четыре отморозь-себе-что-нибудь.



Как бы продать Насте идею, что ее вожделенная школа это… хм… недоброе занятие. Не обязательно учиться именно в школе, именно проводя там по пять-шесть часов каждый день. На плато Настя спросила, почему не путешествует Гриша. Потому что у него такая жизнь, сказала я. Он ходит в детский сад за забором из высоких металлических прутьев. Там его учат про Бога, про то, что девочки играют с девочками, а мальчики с мальчиками, что одежду надо складывать на стул, а на полдник есть компот с булочкой.

У тебя жизнь другая, сказала я. По-другому сложилась. Мы путешествуем, узнаем мир, узнаем себя, что-то новое в мире, что-то новое в себе. «А какая ты была, когда маленькая, - спросила Настя. – Во что ты любила играть? Какая у тебя была футболка?» Я была высокая и худая, с длинными солнечно-рыжими волосами. Я уходила гулять далеко-далеко в промзону, за стеклянными шариками и маленькими голубыми плиточками. Мы играли на улице сами, в прятки и казаков-разбойников. А футболка у меня была белая с рыжей лисой. Я ее любила и носила долго-долго, пока футболка стала маленькой или я выросла.


Tags: Монголия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments